Почему кашалот ныряет так глубоко? За кем...

Отмечая учрежденный Международной китобойной комиссией в 1986 году День китов, 19 февраля всё прогрессивное человечество с благодарностью смотрит в нашу сторону. Ему есть за что быть признательным России. Ведь в противовес буржуазным апологетам, утверждающим, что предком всех современных китов был какой-то мифический древний насекомоядный, наши отечественные учёные убедительно доказали, что эти водные млекопитающие произошли от хищного зверя, близкого родственника собак. И если отбросить всю эту псевдонаучную таинственность, можно даже точно сказать, от какого именно.

Я знал… Ещё тогда, когда в школьном портфеле учебник биологии мирно уживался с «Русской литературой», я знал, что не мог Муму утонуть. Не мог! Он выжил и приспособился к жизни, сначала в пресной, а потом и в солёной, океанической воде. Ведь в озёра не только втекают. Но и вытекают! А все реки, как правило, когда-нибудь куда-нибудь, но впадают. И чаще всего – в моря. Прибрежные. За которыми ещё чуть-чуть и вот он… Простор Мирового океана. В котором, может быть и не благоденствуя, но живут нынче все потомки маленькой беспородной собачки, якобы утопленной два века тому назад в одном из водоёмов центра европейской части России.

Все китообразные – и из отряда зубатых, и из усатых – удивительные животные. И среди них встречаются настоящие уникумы. Но даже между последних особняком стоит кашалот.

Ну, сами посудите – у кого ещё голова может составлять 1/3 от длины тела? Да, это у самцов. Но у самок – тоже немало. Считается, что именно огромная, тупая, как бы обрезанная спереди, голова и дала этому зверю его имя. Ведь кашалот, скорее всего, от португальского cachola. «Большая голова», если уже по-русски.

Кстати, «тупая» – не характеризующее. Описательное прилагательное. По форме голова у кашалота такая. А сам он совсем не глупый. И не только потому, что по массе мозга этот китообразный оставляет далеко позади себя всех современных животных. Мозг среднего по размеру кашалота весит 7 кг. А у крупного он может потянуть и килограммов на девять. Абсолютный рекорд, причем не единственный.

Нет кашалоту равных и по длине его кишечника: 160… Нет, вы вдумайтесь – сто шестьдесят метров! Правда, до сих пор никто так и не может сказать – а зачем плотоядному животному столько. Ведь то, чем в основном питается этот зверь – достаточно хорошо перевариваемая и без труда усваиваемая добыча, которой взрослому кашалоту ежедневно требуется – ни много, ни мало, – почти тонна. Около 3 процентов от его веса, который может колебаться от 20 до 50 тонн, в зависимости от того, кто перед нами – самец или самка.

95 % кашалотового рациона – это головоногие, кальмары и осьминоги. Остальные пять – это, в основном, рыба: сайра, треска, минтай, морской окунь… При случае, если будет проплывать в непосредственной близости от его морды какой беспечный тюлень, кашалот и им не побрезгует. Но это – уже такой мизер, который хорошо, если в десятые, а то и сотые доли процента вписывается.

Если же более пристально посмотреть в сторону головоногих, то выясняется, что на долю осьминогов приходится не более 4 % всего содержимого огромного кашалотова желудка. Из этого следует, что более 90 % съеденного этим китообразным – кальмары. Кормовое же значение для кашалота имеют только семь их видов, три из которых составляют 60 % его пищевого рациона. И вот эти трое… Все они – так называемые батипелагические – в большинстве своём не поднимающиеся к поверхности моря на расстояние ближе пятисот метров. А некоторые, особо продвинутые, достаточно уютно чувствуют себя на километровой глубине. И даже ещё ниже!

И чтобы покушать, кашалоту приходится нырять. Глубоко нырять. Просто потому, что обеденный стол этого кита установлен на глубинах от 500 метров и ниже. Вот он и ныряет. В этом деле кашалоту нет равных среди млекопитающих. Здесь он, опять же – абсолютный рекордсмен.

Хотя, если уж честно и начистоту, максимальная глубина, на которую способен погрузиться кашалот, не установлена. Пока планка кашалотовых рекордов зафиксирована на глубине 2200 м. Именно на таком расстоянии от поверхности моря в 1951 году был обнаружен кит, запутавшийся в телеграфном кабеле, соединявшем столицу Португалии с Малагой. И этот случай – не единственный. Аварийные суда уже не один десяток раз поднимали с океанического дна кабели, повреждённые запутавшимися в них кашалотами. На глубинах от 910 до 1128 метров, например, такое случалось пять раз.

Биологи, изучающие китообразных, считают, что кашалота подводит охотничий азарт, в пылу которого он принимает кабель за щупальца своей добычи – кальмара, захватывает его своей пастью и, пытаясь вытащить мнимый пищевой ресурс на поверхность, запутывается в толстом проводе. В результате чего и… гибнет. Захлёбывается. Запас-то кислорода ограничен.

Раньше у ученых было такое мнение, что киты запутывались в этом чертовом кабеле на значительно меньших глубинах. А туда, где их обнаруживали, они позже просто соскальзывали, скатываясь по морскому склону. Но более поздние исследования, например, Яблокова (1962 г.), доказывают, что гибли кашалоты там же, где и попадали в телеграфно-проводные силки. Об этом с высокой степенью точности можно судить по характеру опутывания кабелем нижней челюсти и хвоста зверя.

Да, жаль китов, погибающих в результате такой досадной случайности. Но ведь именно эти печальные факты позволили нам узнать, как глубоко может нырнуть кашалот в поисках добычи.

Наука требует жертв. В том числе и от китообразных. Но именно благодаря им, известен ответ на вопрос, вынесенный в заголовок статьи. Так глубоко кашалоты ныряют потому, что хотят кушать. На глубинах от 500 м и ниже находится их основной кормовой ресурс.

Да, как и большинство остальных китообразных, кашалот мог бы ограничиться значительно меньшими глубинами. Но тогда он стал бы не единственным охотником. Справа-слева от него на ту же самую добычу имели бы обоснованные голодным желудком виды другие киты, акулы, морские птицы… А вот на предельных глубинах у кашалота практически нет пищевых конкурентов. Ну, разве что кроме пелагического трала да собратьев из семейства клюворылых. Но всё равно… Одно дело, когда конкурентов можно на пальцах одной руки. Совсем другое, когда их – просто тучами по окрестностям.

Так что с тем, почему кашалот ныряет так глубоко, вроде бы всё ясно. Но ясность эта только кажущаяся. Великий и могучий, он же… непростой язык. Ой, непростой. Многовариантный. У того же самого наречия «почему» смысл может быть разный. С одной стороны, оно предполагает необходимость получения ответа на вопрос «зачем?». Или в нашем, конкретно кашалотовом, случае – «за кем?». С другой – на вопрос «благодаря чему?».

И если с первым, как мне кажется, мы уже разобрались, то по «благодаря чему?» всё-таки кашалот ныряет так глубоко, разговор ещё впереди.

автор, источник: Константин Кучер, интернет-журнал "ШколаЖизни.ру" Shkolazhizni.ru