Как написать любовный роман? Мой неудачный опыт

Эпидемия гриппа не обошла меня стороной. Неделю я провалялась с высокой температурой, ещё дней десять пришлось потратить на восстановление сил. Врач прописал лекарства, витамины и лёгкое чтение. Так что за время болезни я прочла целую кучу любовных романов – толстых и тонких, в твёрдых переплётах и в мягких обложках, увлекательных и скучных… И чем больше я их читала, тем чаще в моей голове появлялась мысль: а почему бы и мне не написать роман «про любовь»?

Подруга Алёна – библиотекарь и главная поставщица чтива – отнеслась к моей идее скептически. Она высказалась в том смысле, что для написания любовных романов мой собственный любовный опыт явно недостаточен.

– Ну, конечно, – обиделась я. – По-твоему, для того, чтобы написать детектив, нужно укокошить парочку типов – просто так, для тренировки?

В общем, мы так и не поняли друг друга. Алёна ушла, а я включила компьютер и уселась сочинять. Я решила, что действие романа будет происходить в прошлом, в каких-нибудь экзотических краях, например, на Востоке. Это даст больше простора для фантазии.

Итак, под сенью струй Бахчисарайского фонтана (или ещё лучше – над лазурной гладью Босфора) беседуют султан и его матушка.

– Вот, мама, – капризно говорит венценосный сын, – вечно ты мне отказываешь в удовольствиях! Хотел я давеча себе новую одалиску прикупить, так ты отговорила. Жалко тебе, что ли?

– Да у тебя таких рыжих полный гарем, – хладнокровно отзывается мать. – Сам не знаешь, чего хочешь.

– Рыжие-то они рыжие, – говорит сынок, – да не такие, как эта! Рыжие тоже разные бывают. И потом, они все мне уже надоели, а эта – новая!

– Ах, надоели? – саркастически вопрошает мамаша. – Так, может быть, ты решил с дедушки пример брать? Помнится, мой покойный свёкор приказал всех своих пятьсот тринадцать жён и наложниц в мешки пересажать и в Босфоре утопить, – надоели, мол. Значит, теперь и ты туда же?

Султан задумывается.

– Ну, нет, – тянет он. – Топить – это как-то… Нет, топить я не хочу. Дедушка, конечно, был мудрец и великий законодатель, но тут он все-таки чего-то перемудрил.

– Кстати, о законодательстве, – подхватывает матушка. – Ты бы, чем днями и ночами в гареме пропадать, уделил бы внимание государственным делам. Вон указы сколько времени неподписанные валяются. Гаремные утехи – это, конечно, хорошо, но ведь не до такой же степени! Для твоих детей скоро придется новый дворец строить, в старом им уже места не хватает. Недели ведь не проходит, чтобы какая-нибудь из твоих жён не родила.

– Ну, мама, – обижается «тень Аллаха на земле», – какая же ты всё-таки… Другие бабушки своих внуков обожают, надышаться на них не могут, а ты недовольна.

Разговор переходит на многочисленных султанских отпрысков. Все они, к сожалению, какие-то неудалые… А вот рыжая красавица, виденная утром на невольничьем рынке, могла бы родить султану здоровых и сильных сыновей. Султан призывает пред свои очи главного евнуха и посылает его за покупкой – но поздно. Девушка уже продана какому-то незнакомому господину, с головы до пят закутанному в чёрный плащ. Незнакомец расплачивался золотыми испанскими монетами. Распорядитель рынка высказывает предположение, что покупатель несметно богат, ибо он платил не торгуясь. Бедолага евнух, дрожа от страха, возвращается к своему повелителю, заранее прощаясь с головой: ведь он не выполнил поручение султана, а за это – казнь.

Но оставим пока евнуха с его переживаниями. Надо, в конце концов, разобраться с рыжеволосой героиней. Кто она такая? Из какой страны? Кто и при каких обстоятельствах продал ее в рабство? Наверное, злодей-родственничек постарался. Отчим или, к примеру, сводный брат. Обманул доверчивую сиротку, сплавил ее пиратам-работорговцам, объявил погибшей и получил наследство (а она непременно должна быть богатой наследницей, это закон жанра, иначе не бывает). Так, что-то уже начинает вырисовываться…

Ждёт своей очереди и еще один персонаж – таинственный богач, купивший девушку. Кто он? Влюблённый благородный герой, последовавший за красавицей, чтобы ее спасти? В таком случае я им обоим не завидую: на них непременно нападут разбойники, какие-нибудь кочевники-бедуины, и девушка станет добычей их предводителя. Не может же она спастись в самом начале повествования!

Возможен и другой вариант: девушку купил восточный принц, пленившийся ее красотой. Вообще-то, он женоненавистник и мизантроп, была у него в прошлом какая-то трагическая история, после которой он малость не в себе (историю надо будет придумать), но вот забрёл случайно на невольничий рынок, увидел красавицу и не устоял. Теперь злится: и на себя – за то, что не устоял, и на неё – за то, что такая красивая. Но пусть себе злится, это уже неважно. Теперь с каждой страницей они должны влюбляться друг в друга всё крепче – деваться-то им некуда, это же любовный роман.

Наконец, вариант третий, самый мрачный. Покупатель – давний враг отца девушки. Он поклялся извести под корень весь род своего недруга, но опоздал: род пресёкся без его участия, у врага осталась только дочь-наследница. Мститель следует за ней по пятам. Может быть, именно он и подал мерзавцу-отчиму (или сводному брату) идею насчёт продажи в рабство. Пока что события развиваются так, как задумал мститель. Девушка стала его рабыней, его собственностью. Он может её убить или оставить в живых, но превратить её жизнь в ад. То есть это он так думает, что он всё это может, – но не может он ничего, потому что стрела Амура уже пронзила его безжалостное сердце, и в сердце этом расцветает любовь, как прекрасный цветок в выжженной пустыне…

Запутавшись, как в трёх соснах, в трёх вариантах (один другого круче!), я остановилась. Не получился у меня любовный роман. Да и времени нет на сочинительство. Может быть, подруга права, и мне не хватает опыта? Да, но как же тогда люди пишут детективы?

автор, источник: Марина Вечерская, интернет-журнал "ШколаЖизни.ру" Shkolazhizni.ru